1968 Alfa Romeo Carabo

Итальянский клин Марчелло Гандини, который ничем не выбить с пьедестала.

25 ноября
-

Как в свое время писал Бродский, жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав, к сожалению, трудно. Трудно было и выдающемуся автомобильному дизайнеру Марчелло Гандини, чье тонкое видение идеального итал-авто постоянно спотыкалось об его неумелое воплощение в сериях. Чтобы не слать проклятия в пустоту и не тратить собственный талант, он брался за рестайлинг «уродцев», превращая некоторые в эталон красоты и итальянского стиля. Таким, например, стал легендарный Alfa Romeo, созданный под его руководством в мастерской ателье Carabo на базе непопулярного Tipo 33.

Сразу после того, как в 1967 году руководством Alfa Romeo был объявлен конкурс на лучший дизайн на базе гоночной платформы их Tipo 33, в ателье Carabo, где царил гений амбициозного 30-летнего Марчелло Гандини, закипела работа.

Тот самый двухместный прототип Alfa Romeo Tipo 33 образца 1967 года.

Всего за 10 недель непрерывной работы из студии Carabo выехал автомобиль, похожий на предшественника, как сын блудливой жены на отца-простака.

Практически полностью выкованный из цельного куска листового металла кузов нес в себе все то, что Гандини считал эталоном итал-дизайна тех времен.

Центральномоторная компановка в то время была той еще диковинкой, но маэстро решил возвести это отличие в степень, обыграв это как величайший дар инженерного искусства.

Клиновидный перед автомобиля имеет идеальное острие, не омраченное ни фальш-решеткой, ни огромными неубираемыми, как в Tipo 33, фарами. Будь кромка еще чуть острее, ей можно было бы косить траву в поле.

Даже чисто утилитарная функция забора воздуха была решена с предельным изяществом, путем расположения «жабр» там, где им самое место, — на задней крышке моторного отсека.

Двери-гильотины делавшие доступ в салон потрясающе низкого автомобиля (всего 990 миллиметров) максимально удобным, насколько это было вообще возможно. Кстати, только в этот момент у окружающих была возможность заглянуть внутрь, ведь сплошная тонировка стекол с золотым напылением делала потенциальный вуайеризм безнадежной затеей.

Кстати, именно золотой отлив стекол, как, впрочем, и базовый цвет кузова, был выбран Гандини неслучайно. Они, по его мнению, должны были максимально точно передать сходство с жужелицей, насекомым, в честь которого Carabo и получил свое имя.

Дизайн же салона формировали вполне себе спортивные ортопедические сиденья-ковши, вынесенный в конус руль и перекликающаяся с экстерьером геометрия прямых линий приборной панели. Единственное, чего не хватает, так это дисплея, на который выводилось бы изображение с камер заднего вида, которых, конечно, тоже нет. Это позволило бы сделать обзор сзади хоть сколько-нибудь приемлемым, но здесь претензии лишь к технологиям того времени.

Трехуровневая задняя оптика могла утопить едущие сзади автомобили в тоннах красного света, что делало Carabo похожим на ракету с вырывающимся из сопла пламенем.

Динамически сходство усиливалось благодаря 2-литровому цельноалюминиевому 16-клапанному двигателю мощностью 230 лошадиных сил, что вместе со всего лишь 1050-килограммовой массой автомобиля позволяло ему разгоняться до сотни за 6,5 секунд. Для 60-х — это вполне конкурентоспособная цифра, как и 250 км/ч максимальной скорости.

Немного печалит, что нет сведений о том, насколько Carabo хорош на гоночном треке, так как прототип никогда не передавался для независимого тест-драйва. Видимо, 10 недель — это все-таки мало для создания идеального как внешне, так и технически автомобиля, но не за то мы любим безумный Alfa Romeo Carabo и поем песни гению его создателя.

Выберите параметры рассылки

Пожалуйста, уточните желаемый вариант получения рассылки: