Хворост на танках: почему экипажи возили с собой огромные связки древесины

16 мая

В начале прошлого века танки часто шли в атаку с гигантскими связками хвороста на крыше. На фотографиях того времени боевые машины выглядели так, словно их укрыли дополнительной, но весьма ненадежной броней. В реальности же деревянная конструкция служила совсем другой цели, без фашин грозные танки превращались в неподвижные мишени.

Фото сгенерировано нейросетью

Когда в 1916 году на полях сражений появились первые британские танки Mark I, генералы надеялись на быструю победу. Машины создавались под одну конкретную задачу — продавливать заграждения из колючей проволоки и уничтожать пулеметные гнезда, которые годами держали пехоту в окопах.

Но реальный фронт преподнес неприятный сюрприз, к которому конструкторы оказались не готовы. Земля во Франции и Бельгии была буквально перепахана тяжелой артиллерией. Повсюду зияли воронки от снарядов диаметром до пяти метров и глубиной в человеческий рост. Немецкие оборонительные линии, особенно знаменитая линия Гинденбурга, и вовсе состояли из широких и глубоких противотанковых рвов.

Тяжелый 30-тонный танк, доезжая до такого препятствия, просто утыкался носом в противоположный склон или повисал брюхом на бруствере. Гусеницы беспомощно вращались в воздухе, машина не могла двинуться ни вперед, ни назад, превращаясь в идеальную мишень для вражеской артиллерии.

Фото сгенерировано нейросетью

В первых же боях на реке Сомме из-за грязи и рвов англичане потеряли почти половину своих машин еще до того, как они доехали до позиций противника.

Решение из учебников древней истории

Фото сгенерировано нейросетью

Выход из технического тупика нашли военные историки. Британские офицеры Эрнест Суинтон и Альберт Стерн вспомнили тактику, которую использовали еще древнеримские легионеры при осаде крепостей. Римляне бросали под стены и в оборонительные рвы плотные связки веток и прутьев — фашины (от латинского слова, означающего «связка»). По таким импровизированным гатям пехота и легкие повозки спокойно преодолевали любые препятствия.

Идею древних инженеров быстро адаптировали под реалии двадцатого века. Командование приказало снабдить каждый танк новой модификации Mark IV огромной деревянной связкой. Это было стандартизированное изделие:

Для фашин брали крепкие березовые или дубовые ветки толщиной до четырех сантиметров.
Их нарезали строго одинаковой длины — ровно по три метра.
Прутья укладывали максимально плотно и намертво стягивали стальными тросами или цепями в нескольких местах.

Готовый деревянный цилиндр получался больше метра в диаметре и весил от 500 до 800 килограммов. На крышу танка часто укладывали по две такие связки, что добавляло машине больше тонны лишнего веса, но деваться было некуда.

Процесс применения фашины в бою требовал от экипажа огромного мужества. Когда танк подползал к широкому немецкому окопу и механик-водитель понимал, что машина не переедет его сама, наступал критический момент.

Один из танкистов должен был открыть верхний люк и вылезти прямо на крышу движущегося танка. Под ураганным пулеметным огнем и разрывами снарядов человек вручную перерубал крепежные канаты или выбивал фиксирующую чеку. Тяжелая полутонная связка с грохотом скатывалась с носа танка прямо на дно рва. Машина наезжала на спрессованные ветки, которые работали как твердая опора, и за счет этого преодолевала препятствие.

К концу Первой мировой войны фашины из хвороста ушли в прошлое. Новые танки стали делать длиннее, изменилась геометрия гусениц, и машины научились переезжать стандартные окопы самостоятельно. Однако сама идея самовытаскивания оказалась настолько гениальной, что обычное деревянное бревно стало обязательным спутником советских Т-34 во Вторую мировую, в современных танковых войсках его можно увидеть на броне и сегодня.